Аннексированный Крым: север полуострова без воды, без света, без работы. А в суд подают на Украину

Российская «Новая газета» очередную публикацию об аннексированном Крыме посвятила печальной судьбе его северных территорий.

«Село Стерегущее для северного Крыма — ​стратегическое. Во-первых, оно находится у моря, а значит, представляет интерес для туристов. Таких сел на севере всего три. Во-вторых, именно Стерегущее решили сделать новым инкубатором патриотов: здесь ежегодно проводится пришедший на смену «Селигеру» форум «Таврида».

Но в межсезонье село вымирает. На главной улице — ​ни души. Закрыты базы отдыха. Не работают кафе и автозаправка… В межсезонье, подтверждает продавец, жизнь в Стерегущем останавливается.

А межсезонье здесь — ​9 месяцев в году. Даже в июне море на севере Крыма остается прохладным. Но спасает «Таврида».

— Если бы не форум, давно бы уже все померло, — ​говорит женщина за прилавком. — ​Мы же всегда были курортом выходного дня.

Украинцы, чтобы на южный берег лишние 4 часа не ехать, у нас останавливались. А потом границу закрыли, гостей не стало. Базы отдыха начали закрываться. «Таврида», конечно, им помогла: на все лето загрузка появилась. И нам хорошо: летом торговля идет».

«О дефиците собственной электроэнергии в Крыму, благодаря блэкауту, знает вся Россия. В 2008 году бизнесмен из Джанкоя Александр Данилюк решил всерьез взяться за энергобезопасность полуострова: выкупил 770 га степной земли в Раздольненском районе под установку ветряных мельниц.

— У нас на севере Крыма альтернативная энергетика очень перспективна, — ​говорит Данилюк. — ​Я планировал установить здесь ветропарк мощностью 250 МВт. Этого хватило бы, чтобы обеспечить электроэнергией весь Раздольненский район. Было получено принципиальное одобрение крымских властей и даже тогдашнего премьер-министра Украины Николая Азарова, с которым мы встречались в Киеве.

Сюда приезжали специалисты General Electric, которые посчитали проект ветропарка в Северном Крыму очень перспективным.

Правда, мельниц на земле Данилюка так и не появилось. 10 лет ушло на борьбу: сначала с украинскими, а затем и с российскими рейдерами», — пишет «Новая».

Данилюк рассказал газете, как его пытались выжить и «при Украине», а теперь уже и «при России».

«Растащить мою землю, однако, не получилось, — ​говорит Данилюк. — ​Я добился отмены регистрации кооператива-двойника в Арбитражном суде. Это произошло недавно: 2 марта. Теперь надеюсь, что спустя десять лет после покупки земли я смогу наконец-то заняться ветряными мельницами».

«В отличие от курортного южнобережья север Крыма всегда был промышленным, — продолжает «Новая».

— В 25-тысячном Красноперекопске находятся содовый и бромный заводы, рыбный комбинат. В последние годы дела не ладятся: заводы в кризисе из-за санкций. В 2016 году правительство России включило Красноперекопск в первую категорию моногородов России как город с наиболее сложным социально-экономическим положением.

В том же году была разработана «дорожная карта» по выводу города из кризиса, но пока ситуация только ухудшается.

В сентябре прошлого года градообразующее предприятие Красноперекопска Крымский содовый завод («Крымсода») объявило о возможном банкротстве».

«Результат — ​крупнейшее предприятие дотационного Крыма, заработавшее за 8 месяцев 2017 года 350 млн рублей чистой прибыли, под угрозой закрытия. Директор по кадрам «Крымсоды» Тарас Филипчук встречает на проходной. — Если завод закроется — ​для Красноперекопска это будет катастрофа.

У нас в городе 18 000 человек работоспособного населения. И 3000 из них работают на «Крымсоде». То есть каждый шестой. По словам Филипчука, за 9 месяцев, прошедших с момента аукциона, заводчане так и не выяснили, что планирует делать с предприятием подмосковное ООО «Юг Сода». Но даже если завод продолжит работать, проблемы придется решать колоссальные. В первую очередь кадровую», – констатирует «Новая газета».

«Не меньшая проблема — ​нехватка в Северном Крыму пресной воды. Нет здесь ни крупных рек, ни пресных озер. Только соленый Сиваш, чья вода для технических нужд завода не подходит. В советские и украинские времена вопрос решался с помощью Северо-Крымского канала, по которому на полуостров подавалась вода из Днепра. После присоединения Крыма к России Украина канал перекрыла…», — отмечает газета.

Издание подчеркивает, что сейчас в Крыму «нехватка воды — ​проблема критическая».

«На Красноперекопском рыбном комбинате после перекрытия Северо-Крымского канала пересохли пруды, где разводили рыбу. Погибли карпы, толстолобики, белые амуры и караси. — Общий ущерб составил 53 млн рублей, — ​говорит представляющий интересы предприятия адвокат Александр Молохов. — ​Мы подали иск к Государственному агентству водных ресурсов Украины в Арбитражный суд Киева. Получили отказ. Сейчас прошли вторую инстанцию. Тоже отказ».

«Не лучше дела и в сельском хозяйстве… Как только воды в Северо-Крымском канале не стало, сельское хозяйство в Джанкойском районе пошло на убыль…

При Украине, вспоминает фермер Руслан Куртсеитов, в Джанкойском районе было почти 30 000 голов скота в фермерских хозяйствах. Сейчас хозяйств нет. — Люди еще держат скотину для личных нужд. Многие бурят скважины. Это очень дорого, миллион рублей, зато позволяет и корову держать, и овощи выращивать. Но скважины — ​временное решение.

До 1971 года, когда канал построили, сельского хозяйства в Северном Крыму не было. 15 лет ушло на полноценное опреснение почв. Сейчас же идет обратный процесс — ​почвы деградируют, засоляются. Если канал не вернется, то сельское хозяйство в Северном Крыму исчезнет. Мы вернемся на уровень 60-х годов».

«Но пока воды нет, чиновники пытаются искать позитив в ее отсутствии. В августе прошлого года крымские СМИ раструбили: «В республике собран рекордный за 10 лет урожай зерновых».

Об урожае бахчи и овощей скромно умолчали. У всех рекордов, как известно, своя цена», — заключает «Новая газета»

Share

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.