Что изменила Операция Объединенных Сил на Донбассе за 100 дней? Она подтвердила: мы стали сильнее и российский агрессор это почувствовал

Украина стала сильнее: генерал — о том, что изменила ООС.

Прошло вот уже более 100 дней с момента замены Антитеррористической операции на Донбассе на Операцию Объединенных сил.

Этот шаг был необходим, поскольку АТО больше не соответствовало современным вызовам — формат просто-напросто устарел.

Главным отличием ООС от АТО стало то, что командование от Антитеррористического центра СБУ переходило к Объединенному оперативному штабу (ООШ) Вооруженных сил Украины, которому подчиняются не только подразделения ВС, но и все силовые структуры, находящиеся на территории Донецкой и Луганской областей. Управление штабом доверили генерал-лейтенанту Сергею Наеву.

Что же кардинально изменилось после более чем трех месяцев ООС, какие ее главные достижения и недостатки — корреспондент OBOZREVATEL Светлана Гудкова выясняла у экс-заместителя начальника Генштаба ВСУ, генерал-лейтенанта запаса Игоря Романенко.

— Оправдало ли себя изменение формата с АТО на ООС?

— Безусловно. К сожалению, изменение формата проводилось с опозданием, потому что предыдущий мировой опыт показывает: если проводятся боевые действия, то централизация управления, как правило, повышает эффективность. Нам для воплощения такого решения понадобилось 4 года.

Но имеем, что имеем, 100 дней назад произошло это решение, и в районе проведения Операции Объединенных сил все структуры — не только ВСУ, а и МВС, пограничники, ГФС, СБУ, в том числе, и гражданские администрации — подчинены командующему.

Это очень важно. За счет этого повысилось общее руководство управления этими структурами, а потому повысилась эффективность боевых действий.У нас были примеры, когда брали Славянск, военные структуры окружили город, внутри города соответствующие структуры должны были провести зачистку, но их руководство в Киеве отказывалось это делать, говорили, что это не их функция.

То есть это должно было выполнять или СБУ, или МВС, а они связывались с Киевом — те соглашались или не соглашались. Потому ВСУ при ведении подобных операций были заложниками такой ситуации. А управляла всем этим СБУ, что было неестественным. Но так требовало законодательство.

Сейчас, поскольку это является ведением боевых действий, подготовкой и проведением, то организация этого отдана военным. И это имеет свои последствия, за счет такой централизации все стало решаться быстрее.

Вот в Дебальцево, например, на каких-то этапах силы были равны, но за счет того, что подвижных средств в России было больше, они имели преимущество в том, что быстро могли сконцентрировать в нужном месте свои силы.

Мы сейчас питаем войска средствами подвижности, поднимаем и улучшаем инфраструктуру.

— За 100 дней проведения ООС, можно сказать, что все подразделения, участвующие в боевых действиях, пришли к согласию между собой?

— Не до конца. На уровне военных более менее, но взаимодействие между различными структурами… На мой взгляд, процесс еще не закончен. В том числе по ДУК, по «Правому сектору», пока переговоры идут, окончательно вопрос не решен, но все это должно быть в рамках закона.

Они колеблются, следовательно надо парламенту сделать исключение для них. Это не вопрос военных, это вопрос парламента.

— Парламент может сделать исключение для «Правого сектора»?

— Если есть смысл, хотя я не считаю, что это надо делать. Государство — это принудительная структура, которая решает, что надо государству в интересах большинства. Если большинство считает, что право на применение силы должно быть исключительно у государства, то значит все должны этому подчиняться.

И не важно, что думают ДУК и другие, если по закону так, то надо соблюдать. Мы же строим будущее государства на основании закона, и над этим надо работать уже сейчас.

Добровольческие структуры, которые находились на территории проведения боевых действий, которые хотели остаться и быть самостоятельными, теперь по закону должны войти в любую структуру, будь то ВСУ, СБУ, Нацгвардия, ГосЧС и так далее.

Они обязаны выполнять задачи централизованно — как государственные структуры.

Наев отметил, что они все выполнили свои задачи. Другие силы занимают уже небольшой процент от общих военных сил, но они патриотические, опытные, и путь один — или они делают это в рамках закона, или они должны уходить.

— Как вы оцениваете работу командующего ООС Сергея Наев?

— В целом положительно, она очень сложная, потому что многие еще по-старому пытаются подчиняться своим структурам. А Наев добивается неуклонного и быстрого подчинения именно ООС, иначе несогласных будут отстранять — по большому счету, привлекать к ответственности.

Может, это и жестко, но война требует. К сожалению, под Иловайском были подразделения, батальоны, которые покидали свои позиции и говорили, что сохраняют своих солдат. Это вообще недопустимо.

А теперь командир подразделения принимает решение, более того, если он не отвечает, начинают разбираться, почему так произошло? Есть реакция.

Благодаря централизации некоторые территории, которые по Минским договоренностям утверждены за украинской стороной, удалось вернуть в состав Украины.

 

 

Share

One Comment

  1. Shizue Trendell

    I just want to mention I am just beginner to blogging and site-building and absolutely loved your blog. More than likely I’m likely to bookmark your blog . You amazingly come with awesome writings. Thanks a lot for revealing your webpage.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.