Лишили Родины, свободы, семьи: сын несломленного политзаключенного Балуха не общается с отцом, чтобы не быть изгоем в родном крымском селе

Семья украинского политзаключенного крымчанина Владимира Балуха стала изгоем в своем родном селе Серебрянка Раздольненского района Крыма.

О жизни семьи в Крыму после арестов и судов над отцом рассказал в интервью «Крим.Реалии» сын украинского активиста Павел Балух.

«В той же самой Серебрянке, в нашем селе, знаете, как изгоями стали. Люди стараются не общаться, как раньше. Вечные обсуждения какие-то за спинами — тоже неприятно», — говорит Павел.

При этом он отметил, что за пределами села о ситуации с его отцом знают далеко не все.

«Дело в том, что у нас народ в Крыму не осведомлен. Никто ничего не знает о том, что… никто вообще не имеет понятия, кто у меня отец, и что с ним происходит, что за фамилия.

За все время я встретил только двух людей, которые об этом знали, из посторонних», — рассказал Павел.

Сам он продолжает жить и работать в Крыму, освоил профессию технолога-винодела, создал свою семью, но с отцом больше не общается.

Владимир Балух – коренной крымчанин, до заключения Кремлем он был общественным активистом и занимался фермерством. В местной церкви Владимир Балух был старостой. Находится она в маленьком здании с надписью почта.

В 2014 году после аннексии отказался от российского гражданства. Сейчас он отбывает наказание в колонии Тверской области в России.

Жизнь до аннексии

В декабре 2013 года он вернулся с Майдана в Киеве и дома вывесил флаг Украины. И принципиально не снимал, потому что для него Крым – это Украина и такая позиция раздражала.

Его хорошо знали в селе, рассказывают, что он трудолюбивый, но с непростым характером.

Архиепископ Климентий, который защищал украинца в суде, отметил, что Владимир по своей натуре бунтарь.

У узника Кремля тяжелые отношения с сыном Павлом. Владимир хотел, чтобы он взял украинский паспорт, поехал на материковую часть и устроился на работу. Однако тот его не послушался и устроился на винный завод. После того они перестали общаться.

«Мы принимаем его позицию, понимаем. Возможно, не так активно выступаем, но с ним соглашаемся. В нашей Серебрянке стали изгнанниками», – рассказал Павел Балух.

Жизнь жены Натальи

Последнее место ее работы – это пекарня, но впоследствии ее закрыли. В селе семью Балухов на работу не берут.

Женщина хотела устроиться техничкой в школу, но пророссийская завуч Людмила Криволапова была против.

Журналисты пытались взять комментарий у Криволаповой, но она отказалась.

В момент, когда журналистывышли из дома завуча школы, началась детективная история – им позвонили друзья и попросили не выходить из места, где они находятся. Они сказали, что отправят машину, которая вывезет в безопасное место.

Друзья рассказали, что нас разыскивает полиция. Две машины ездят по селу с мигалками и ищут журналистов.

Как в кино, мы сели в машину, нас перевезли в безопасное место и прячут около 5 часов,
– рассказала журналистка Анжелика Руденко.

Как потом уже выяснили, это последствия встречи с Криволаповой, которая написала заявление в полицию о том, что на территорию ее частного домохозяйства проникла группа журналистов.

 

Share