Они жили на Донбассе: любили, мечтали, работали и никогда не звали «русский мир»… Теперь в их домах живут чужие, которые разграбили их землю и yбuли их родных

Сегодня Алёнка отмечала бы день рождения… Наверное это было бы весело. Она была веселым человеком. И добрым. Но, теперь ей всегда будет 46.

Об Алене Королевой напомнил на своей странице в Facebook Vladimir Kochubeev.


В 2014 году её вместе с мужем Володей замучили и убили российские оккупанты и местное быдло, которое называло себя «ополченцами».

Убили за помощь украинским десантникам, которые держали оборону Луганского аэропорта, защищали территориальную целостность Украины.

Заодно существа с триколорами на шевронах ограбили дом, застрелили всех собак.

Как выяснилось позже, за помощь украинской армии оккупанты убили порядка двух десятков Алёнкиных соседей по посёлку.

С Леной мы много лет проработали на соседних радиостанциях, на одной территории телецентра.
Помним тебя.

С днём рождения, Алена Королёва!

А в посте Татьяны Худяковой столько щемящей тоски… Наверное, неизбывной до конца жизни.

«Знаете, а у меня сейчас дома вылазят тюльпаны из-под прошлогодних листьев. Я их специально не убирала осенью, чтоб под ними было уютно зимовать слизнякам и тюльпанам.

Там сейчас тугие, уже почти зеленые шишки, которые летом станут малиной. Её можно есть прям с куста, не мытую.

Там уже проклюнулись нарциссы возле старого дома и вот эти неистребимые оранжевые лилии.
Т

ам, наверное, виноград уже вымахал будь здоров и его нужно обрезать и подвязать к забору, чтоб красиво.

Там скоро расцветёт слива, которую мы застали еще совсем юной. И пожилая, матёрая груша, вся в морщинах. Об неё всегда драли когти мои пацаны, которых уже нет ни одного.

Скоро люди, которые там живут, вымоют окна и перестирают шторы. Поставят во дворе лавочку и станут на ней пить утром кофе.

А вечером там отлично слышно, как поют лягушки на Кальмиусе и под шахтными затяжками журчат похотливые медведки.

Я не слышала их уже почти пять лет.

А дедулька- сосед спросит утром как дела и даст 138 советов по выращиванию рассады. И на рынке не бери, там одно говно. А бабушки у него уже нет. Он теперь один с черно- белой шикарной Ксюхой, которую я сама стерилизовала, потому что дедушка не мог топить котят и плакал.

И тёти Раи уже нет. И её рыжего одноглазого мерзавца, который пиздил моих кошаков и всегда рассказывал мне о том, какой он голодный.

Мой дом… Коты, медведки, притаившиеся под брошенным тапком жабы.

Помидор, сорванный утром, весь в росе и пахнущий землёй. Клубника, отвоёванная у шустрых слизней.
«Это бездомные улитки»- говорила моя доня.

Дом, которого как-бы нет.

Теперь там живут чужие люди и мои воспоминания, от которых больно.

Теперь мы все — бездомные улитки.

Говорите, не может быть хуже?

Может.

На Путиловке было хуже. На Бирюзова. В Дебальцево.

Вы живы. Вы дома. Вам МОЖЕТ быть хуже».

Share