Путин обязал называть всех живущих в России — русскими, в том числе татар, чеченцев и якутов… К чему бы это?

Русскими объявят всех. Путин увлекся «интернациональным национализмом»

Кремль переосмысливает концепцию «русского мира» в сторону его расширения. Русскими объявят всех, пишут Алексей КАФТАН, Владислав ГИРМАН в «Деловой столице»

Российский президент Владимир Путин на следующий день после саммита нормандской четверки в Париже собрал Совет по развитию гражданского общества и правам человека, во время заседания которого из уст хозяина Кремля прозвучал ряд высказываний, свидетельствующих о скорой презентации новой концепции «русского мира».

В Москве пересматривают политические основы основ и признают, что русский народ есть по своей сути компот из народов и этносов.

По словам Путина, «русский народ» — понятие сложное. «А кто такие русские? Не было практически до IX века никаких русских (да и позже в том смысле, который вкладывает в это понятие президент РФ. — «ДС»), он (русский народ. — «ДС») складывался постепенно из многих этносов».

Тем самым Путин фактически ввел в политический оборот этнографический факт, который руководство России доселе не жаловало: те, кого принято считать русскими, состоят из культурно, фенотипически и генетически разных субэтнических групп (северо- и южнорусской, а также сибирско-дальневосточной).

Собственно, в других реалиях и в иных обстоятельствах это были бы совершенно разные народы — но речь о России здесь и сейчас.

Так что то, что заявил Путин, до недавнего времени было крамолой — достаточно вспомнить, что результаты научных данных по этому вопросу (к примеру, масштабных исследований Медико-генетического научного центра РАМН в 2008-м или компании Genotek в 2017-м) официально попросту игнорировались, несмотря на медийный резонанс.

Но, похоже, настало время для смены парадигмы. Теперь — в государственных интересах — в русском народе находится место не только для славян, но и для угро-финнов, и даже хазар.

«Это тоже наш этнос, который русский народ впитал в себя», — говорит президент РФ, призывая принять это «естественное развитие», которому «невозможно и не нужно» мешать; принять то, что русский народ — это и россияне, и буряты, и чеченцы, и якуты.

Впрочем, это просветительство российского лидера — дань отнюдь не научному прогрессу, а политической целесообразности.

Расширение концепта «русского» диктуется необходимостью укрепления государственности и снижения конфликтогенности на этнической почве.

Такой вывод обусловлен общим внутрироссийским контекстом: значительное число мигрантов из Центральной Азии и Кавказа уже не перекрывает сокращения населения, но ведет к росту ксенофобских настроений в рядах титульной нации, а необдуманная ура-патриотическая деятельность федерального правительства подогревает конфликты с элитами «нерусских» субъектов РФ.

Как это было, к примеру, в случае с инициативой празднования «избавления от монголо-татарского ига» и ползучим наступлением на национальные языки в системе образования — и то и другое крайне негативно было воспринято в Татарстане, а последствия недавнего самосожжения удмуртского ученого Альберта Разина для коммуникации между Москвой и национальными республиками пока еще трудно спрогнозировать.

Путинское выступление знаменует попытку это напряжение ослабить.

Показательно, что Владимир Путин об всем этом говорил в компании режиссера Александра Сокурова, критиковавшего власти и за агрессию в отношении Украины, и вступался за Олега Сенцова.

Путин пригласил на совет имеющего имидж неудобного человека, который позволил себе высказывать непопулярные мысли (к примеру, Кадыровых лишить званий Героя России). То есть хозяин Кремля сыграл в демократию и диалог, чтобы презентовать новую концепцию «русского мира».

Она, между прочим, является явным противопоставлением украинскому национализму в российской интерпретации. Путин, в том числе страшилкой о новой Сребренице на Донбассе в случае возвращения контроля над границей Украине, противопоставляет «разрушительный и опасный» украинский национализм «созидательному и защищающему» национализму русскому.

У них, мол, только украинцев за людей считают, а у нас все люди — русские. Фактически идет подмена понятий, обеспечивающая дальнейшую реализацию политики ассимиляции и развитие понятия «безграничности» России — теперь уже как надгосударственного конструкта.

Предложенная Путиным концепция преследует две цели.

Во-первых, что очевидно, внутреннюю консолидацию. Не исключено, что в рамках подготовки к операции «Преемник». Дело не только и не столько в том, что кого-то вроде Сергея Шойгу или Рамзана Кадырова в роли путинского сменщика «народ не поймет».

Прежде всего, дело в том, что такого рода фигуры из кремлевской когорты должны безопасно остаться в обойме по крайней мере на переходный период. Следовательно, сперва нынешнему президенту России необходимо гарантировать целостность столпов самодержавия путем снижения межэтнического напряжения, которое он и его окружение сами же и спровоцировали.

В то же время помимо внутреннего потребителя формат «национального интернационализма» вкупе с никуда не уходящими имперскими амбициями является потенциально не менее мощным инструментом активно-агрессивной внешней политики, чем поистрепавшийся уже «русский мир».

Ведь теперь можно в русские записать кого душе угодно. Это уже защита не только русскоязычных, но любого, кого удобно счесть русским.

В России живут поляки? Что ж, они тоже русские. Украинцы с белорусами — тем более, причем здесь существует возможность перехода от идеологем «одного народа» и «братских народов» к «частям одного народа».

Конечно, в Кремле не откажутся от отождествления русского и русскоязычного, но пределы трактования «русскости», по всей видимости, расширят.

Собственно, такие перспективы позволяют трактовать сказанное Путиным на заседании Совета по развитию гражданского общества и правам человека как декларацию о националистическом развороте.

Причем по размаху, заложенным смыслам и перспективам сопоставимую с приснопамятной мюнхенской речью.

Share