Сколько на оккупированном Донбассе действительно «наших»? Почему Зеленскому трудно признать, что есть мы, и есть они — два мира с четкими границами

Неудобные вопросы, или «Наши» люди в ОРДЛО.

Офис Президента настоятельно продвигает позицию «там наши люди». Там — это в ОРДЛО, на временно оккупированных территориях.

Крым из этого «там» уже давно выброшен.

«Наши люди» — в условиях военного конфликта понятие сглаженное, или, наоборот, растянутое до 50 оттенков. Говорить на эту тему — значит ступить на опасный, тонкий лед, пишет известный блогер из Луганска Олена Степовая на Обозревателе.

На войне свои у каждого свои. И отношение и к войне, и к вопросам, которые она порождает, у каждого свои. Наверное, это правильно.

Вот, например, у тех, у кого нет на той стороне родственников и имущества, дают больше трезвой рациональности в вопросах окончания войны или построения отношений с жителями ОРДЛО. Их не держит кровное и личное. Они оценивают ситуацию трезво, без эмоционально и без эмпатично.

У тех же, у кого там имущество, которое они еще берегут, лелея надежду на продажу или возвращение, есть возможность туда поехать, остались там родственники, друзья, какие-то перспективы на жизнь и будущее, те агрессивно нападают на любую попытку написать о том, что люди, живущие в зоне, за годы войны изменились под воздействием пропаганды.

И процент условно наших по Украине минимален (резко снизился) среди процента условно наших по паспорту и гражданству.

Как и те, кто живет в зоне, все агрессивнее реагируют на слова «коллаборант», все больше выступают в позиции «мир любой ценой, нам все равно, какой, главное, чтобы у нас все наладилось».

Попробуйте написать о предпринимателях, кто работает в зоне и платит налоги оккупанту, получите удар — «вам хорошо, а мы выживаем». О пенсионерах, живущих в зоне на две пенсии (от ОРДЛО и от Украины) — здесь вообще чёткое попадание в Ад, «а вы попробуйте прожить, да Украина обязана, да мы заработали, не считайте наши деньги».

Да, есть мы, и есть они, здесь и там. Есть два мира с четкими границами.

И между этими «нашими» и «там» давно грань, граница, стена и заборы. Личные.

И это настолько болезненно и травматично, что…Ты задыхаешься каждый раз, когда нужно об этом говорить. Но я все равно пишу. Ведь правда на войне — это оружие и сила.

И пусть она болезненна, эта правда, пусть она раздражает и нервирует, но это правда. Без оттенков, масок и купюр.

Правда принадлежит свободным. Именно поэтому я в группе «ИС». И именно поэтому я здесь часто в своих постах захожу на тонкий лед неудобных вопросов войны.

Итак, сегодня исследование темы «там наши люди». Там — имеется ввиду ОРДЛО или временно оккупированные районы Луганской и Донецкой областей.

Тема Крыма и наших людей там полностью исчезла из поля зрения политиков и СМИ.

Это говорит о том, что тема Крыма закрыта и решена, и не в пользу Украины. Ситуация с признанием вины наших моряков, которые «нарушили территориальные воды РФ», не только подтверждает догадки в крымском вопросе, но и четко и жестко расставляет в нем точки.

А ведь там тоже наши люди. Как и в ОРДЛО. И территория тоже наша. Но вот если территория не меняет свою точку зрения, не идет за телевизором и пропагандой, то люди идут, меняют, и оценивают все, расставляя маркеры над «свой» и «чужой».

Вот о людях мы и поговорим.

«Наши люди» — сколько в этой теме оттенков? Личного? Социального? Общественного? Политического?

Да, в ОРДЛО и в Крыму (уж сорри перед крымско-татарскими активистами, что лезу не в свою тему) живут граждане Украины, пока обратное не признано на государственном уровне властью и Конституцией Украины.

Подчеркну слово «граждане». Так что юридически правильнее было бы говорить – «там наши граждане».

Но, в слово «граждане» входит слишком много прав, свобод и ответственности, и граждан, и государства.

Поэтому «наши граждане» — опасно, а «наши люди» — эмпатично.

Например, в Крыму 100% жителей имеют гражданство РФ, при этом какая-то их часть, где-то 45%, оставила себе паспорт гражданина Украины, чтобы пользоваться безвизом, льготами и соцвыплатами на мирных украинских территориях, но и избегать призыва и уплаты налогов на мирных украинских территориях.

Такая игра в выгоду от гражданства и ситуации. Так же ведет себя и критическое большинство жителей ОРДЛО.

Так вот, если «наши» чисто юридически, это все 100% жителей оккупированных районов.

А «наши» с позиции «они за унитарную, независимую Украину» — это… Это всего лишь до 5% жителей ОРДЛО и где-то столько же жителей Крыма.

Наши там, это те, кто знает настоящую историю Украины и считает россиян оккупантами и виновными в этой войне. Для наших там враг не в Киеве, а в Кремле. Для наших там «котлы», обстрелы, все смерти граждан на руках Кремля.

Наши там выступают за освобождение ОРДЛО и Крыма не любой ценой, а ценой смерти врага. Наши там против особого статуса ОРДЛО.

Наши там против разведения (отступления и сдачи территории Украины) сил.

А другие «наши люди» получили паспорта граждан РФ и «паспорта» «республик». Платят налоги «республикам» и оккупанту. Работают в «госорганах» и «бюджетной сфере» оккупанта.

Они «наши люди там» требуют особый статус ОРДЛО, чтобы там была их милиция, власть, войска, и никаких укро-нациков ни во власти, ни в милиции, ни на украино-российской границе.

И никаких укро-героев, только ответственность «карателей» за «гражданскую войну на Донбассе». И дружить с Россией, ведь мы «один народ». И чтобы укро-каратели восстановили все в ОРДЛО и выплатили компенсацию пострадавшим, то есть, нашим людям в ОРДЛО.

Требований много. Все он есть и выполняются Офисом Президента в рамках принятия Закона об особом статусе Донбасса.

Ах, да, и «наши люди там» за отвод укро-карательных войск, нациков в лагеря и расстрелять, и особый статус Донбасса в рамках административных территорий Луганской и Донецкой областей. А еще «наши люди там» за то, чтобы «Донбасс» стал настоящей «Новороссией» и включил в «республику» Николаевскую, Запорожскую, Харьковскую, Херсонскую, Одесскую, Днепропетровскую области, это плюс к Луганской и Донецкой.

Донецк — вторая столица Украины, то есть, «столица народной республики Донбасс». И все выплаты из бюджета Украины, но их налоги остаются в «республике». Да, и шахтам госдотации, без них они убыточны.

Наши люди там, хотят «как до войны», без личных потерь. Без стреляли. Без переселения.

Вот утром встал, идешь на работу, а на улицах, как до войны. И без разницы, что Украина потеряла 8 областей, и Украина теперь «Донбасс». И без разницы, что «народная милиция ОРДЛО» в составе МВД на улицах когда-то мирных городов когда-то унитарной Украины расстреливает добровольцев, АТОшников, людей в вышиванках, говорящих на украинском.

Для большей части жителей оккупированных территорий важнейшими являются вопросы возвращения личного благополучия «как до войны» без учета национальных потерь.

Да, в ОРДЛО уже хотят «как до войны» и «вернуться в Украину», но все эти разговоры подчеркнуты «на наших условиях». То есть, «наши люди» там выдвигают нам свои условия. «Наши люди» там ставят условия сдачи национальных интересов наших людей здесь.

Да, это неудобный вопрос войны. Но таковы реалии.

Ментально они давно разделили себя и нас. Просто это неудобная правда войны. «Ваша Украина», «там», «здесь», «у вас», «у нас». Она звучит на бытовом уровне. В телефонных разговорах. В соцсетях и коментах. А должна звучать на политическом уровне.

Любое обобщение в «наши» и «все» — это манипуляция.

Помните «на Донбассе все сепары» — которое разогнали псевдо-украинские (лоббисты РФ) СМИ в 2014-м в поддержку аннексии и оккупации? — оно сломало не одну судьбу, включая мою, выжигая желтые звезды на наших одеждах.

Война разделяет общество на своих и чужих с первого выстрела, с первого поднятия триколора. И свои на войне у каждого свои.

Мы никогда больше не будем такими, как до войны. Никогда!

Так как же правильно- «там наши люди» или «там наши граждане»?

За время оккупации на оккупированные территории Крыма и ОРДЛО (частей Луганской и Донецкой областей) приехало много «ихтамнетов» — граждан РФ, скрывающихся в ОРДЛО от алиментов, решений судов, коллекторов, жен, едущих в ОРДЛО заработать на «пострелять в укропов», занимающих брошенные беженцами дома, оформляя их на себя по ОРДЛынским «законам».

Там за время войны осели буряты, мордва, чуваши, осетины, курды (очень много), абхазцы. У них «паспорта» «республик» и паспорта граждан РФ. Но они жители ОРДЛО. Наши люди?

Так где же там наши люди? Кто они, наши люди?

Это все же граждане Украины с одним паспортом или все, кто живет, исключая подтверждение гражданства по паспорту Украины? Это все, у кого «паспорт» «республик»?

Может, именно этот вопрос сдерживает политиков от употребления более правильного обозначения тех, кто живет на оккупированных территориях Крыма и Донбасса? Может быть, поэтому все больше новоофисных разговоров о необходимости легализации многогражданственности?

Хотя здесь может быть политическая личная целесообразность, ведь большая часть новоофисных представителей власти имеет второе-третье гражданство РФ и Израиля. Ох, не дай Бог, как всплывет?!

Те, кто «наши люди там» -это все же граждане Украины с паспортами Украины, граждане Украины с паспортами граждан РФ, граждане Украины с «паспортами «граждан» «республик»? Кстати, в «республиках» есть «паспорт», но нет гражданства. Там пишут даже в законах «жители республики».

Наши люди там — это те, кто гражданин РФ, но получил «паспорт» «республики» и оформил на себя «бесхозное» имущество в «республике» по «законам» «республики»?

Это те, кто ненавидит Украину и хочет ее уничтожения? Воюет против Украины в составе «народной милиции» с российским оружием в руках? Или те, кто любит Украину и хочет полной украинизации Луганской и Донецкой областей после полной военной зачистки от ихтамнетов?

Кто же эти «наши люди там»? Граждане? Люди? Население?

Неудобные вопросы войны.

Не говорите мне «какая разница, «люди, граждане, население», мол, достаточно знать, что там наши люди».

Между гражданами и населением колоссальная разница. Она невидима. До первого выстрела. До первого поднятия триколора.

Разницу между гражданами и населением вы увидите только тогда, когда очередные «повстанцы» из очередной «республики», борющиеся в очередной раз против «всего плохого за все хорошее» под флагом чужой страны, будут убивать лично вас.

Ну, вот в банальном: население выбирает «чтобы поржать», населению все равно, какая валюта, а хоть и рубли, население устало от войны, живя в тысячах километров от линии фронта, население орет «какая разница», население отстаивает права евробляхеров сбить человека и бросив машину уйти от ответственности, население, имея депозиты, получает субсидии, население на выборах ублажает очередного своего политического кумира, пообещавшего «па-багатому», «всех посадить, расстрелять, забрать поделить», население едет на заработки на россию, население орет на митингах «путин введи», а потом говорит «мы не этого хотели — нас обманули».

Граждане идут на фронт, на Майдан, платят налоги, борются за независимость и будущее своей страны, знают Конституцию, свои права и обязанности, различают, что такое «государство» и что такое «народ», знают разницу между гражданами и населением.

Наши люди, если брать за основу украинцы или граждане Украины, они везде — в Португалии, Испании, Германии, Италии, в России, и в США. Поразъехались, пораскидало.

И среди наших людей в Португалии, Испании, Германии, Италии, в России, и в США, есть граждане по документам, и граждане по национальности и любви к Украине.

И вот еще одна грань — люди, граждане и Украинцы.

Как много оттенков в позиции «там наши люди», не правда ли? И в мирное время оно как-то и все равно. Но в военное понимаешь: а разница-то существенная и весомая.

И от того, кого же больше «наших», «людей», «населения», «народа», «граждан» или украинцев зависит уже жизнь. И даже существование целой страны.

Как сложно, да?

Вроде бы война-это просто, это та-та-та, ура, в атаку, свой-чужой, линия фронта и все такое…

И вроде бы простые слова «там наши люди», а сколько в них оттенков. Войны. Мира.

На самом деле война-это многогранность, сложность, и зачастую линия фронта проходит по тебе, лично по тебе, заставляя сделать выбор между общественным, государственным, национальным и личным.

С 2014-го линии фронта идут по всем нам.

Любое обобщение в «наши» и «все» в условиях войны- это манипуляция.

Более 2,5 тысячи жителей ОРЛО — наших людей там — собрались на Театральной площади Луганска на флеш-моб в поддержку интеграции «республики» в Россию.

В флеш-мобе в основном приняли участие студенты «ВУЗов» и других учебных заведений Луганска, — наши люди там — но было много и случайных прохожих, — наших людей там -, которые увидев акцию, просто присоединялись к ней по зову сердца.

На 15 минут участники акции (наши люди там) выстроились в надпись «Мы хотим в Россию», украшенную «флагами» «республики».

В акции приняли «наши люди там» разных возрастов: подростки, дети, взрослые, совершеннолетние и не совершеннолетние, люди средних лет и люди пожилого возраста.

Флеш-моб проходил без участия «наших людей там» в военной форме «республик», без надзора «наших людей там» с автоматами, без каких-либо атрибутов насилия или диктатуры.

Хотя, подчеркну, что вот такие «хороводы» коллаборационисты «республик» выводят не только в поддержку своих планов на реинтеграцию в РФ, но и на акции «Зеленский услышь Донбасс», «Донбасс-Украина», «Донбассу-особый статус».

Студенты ОРДЛО (наши люди там) в 100% случаях имеют «паспорт» «республики», без выполнения этого условия студентом там стать нельзя.

«Паспорт» «республики» дети в ОРДЛО получают уже в 14-ть лет, вместе с ними паспортизируются и родители, если до этого они еще не сделали «документ».

Очень много подростков в ОРДЛО получает паспорт граждан РФ, используя упрощенную процедуру, утвержденную Путиным.

За почти шесть лет войны на оккупированных территориях выросли до осознанного возраста принятия решений несколько тысяч вчерашних детей, которые сегодня считают себя «гражданами республик», живут с «л-днр» в сердце и сознании, хотят, чтобы «республики» стали частью РФ и искренне ненавидят Украину.

Там наши люди…Эта обобщающая риторика примирения любой ценой, может стать причиной нового этапа войны.

Но, уже гражданской, так как мир по офиснопрезидентско-путинскому плану «возвращения Донбасса» вряд ли будет миром для этих людей, людей, верящих в идеалы русского мира «республик».

Неудобные вопросы войны… И когда пацифисты в белых пальто негодующе кричат «не нагнетайте, а то Путин нападет», «мир любой ценой», «там наши люди», «не нужно разделять людей», мне каждый раз хочется обратить внимание на капли крови, обрамляющих их белое политическое пальто.

Извините, но у нас страну расколола война в 2014-м. А пропагандисты русского мира, рассевшиеся по украинским СМИ, раскололи нас задолго до войны. И Донбасс, как анклав русского мира, был создан задолго до войны.

И Майдан здесь – это борьба за свободу, там — это укрофашизм.

Сшивать страну нужно. Ведь на горизонте референдумы и голосования за создание особого статуса Донбасса в рамках 8-ми областей Украины (двух регионов после админреформы), то есть потеря унитарности и независимости всей страны.

Но сшивать страну нужно правдой, какой бы болезненной или горькой она не была.

Не говоря о проблемах, мы не избавляемся от них, а наращиваем. И когда-то они обвалятся на нас, возможно, уничтожив нас навсегда, как страну и как нацию.

Проблемы решают, вскрывая их, а не умалчивая или подтирая неудобные моменты. Этот политический ботокс, который колют обществу «мызамировцы», в конце концов обезобразит нас.

Ведь «наши люди там» из вот этих верящих в русский мир и «республики» будут ненавидеть Украину до конца своих дней. Будут бороться за «свободу Донбасса» от Украины. Будут выбирать на местных выборах в ОРДЛО своих людей-коллаборационистов, пророссийских, носителей идей русского мира и раскола Украины, будут выступать против НАТО и ЕС, против декоммунизации и возвращения настоящей истории Украины, против мовы и всего украинского.

И если начинать сшивать страну, нужно начинать говорить правду, в том числе, и нашим людям там. Горькую правду о них и о нас.

Share