Украина занимала 3 место в мире по ядерной мощи. За забором с надписью «Склады с продовольствием» хранились государственные тайны, за разглашение которых 30 лет назад могли расстрелять

После развала СССР Украина занимала третье место в мире по количеству ядерных боеголовок. В ее полях и лесах еще в начале 90-х скрывали 1272 бомбы, способные уничтожить Землю несколько раз. Грознее арсенал был только у США и России.

Причины, по которым Украина отказалась от ядерного вооружения, называют разные. Доминирующей была геополитика с налетом лицемерного гуманизма, который аукнулся украинцам в 2014 году аннексией Крыма и войной на Донбассе.

В июне 2018-го в интервью «Украинской правде» Леонид Кравчук, фактически давший старт Будапештскому меморандуму, рассказал о сильном давлении со стороны американцев.

Тогда, в первой половине 90-х, в Вашингтоне пригрозили Киеву блокадой в случае отказа от ликвидации боеголовок.

В итоге к началу 21 века от 43-й ракетной армии почти не осталось и следа.

Обломки былого военного величия и торжества инженерной мысли хранят на стыке Николаевской и Кировоградской областей.

В 30 км от города Первомайск, на месте бывшего 309-го полка 46-й ракетной дивизии, открыт Музей ракетных войск стратегического назначения.

Сегодня в учреждении, относящемся к Минобороны, работают 50 человек. Есть среди них и офицеры-ракетчики, ревностно защищающие то, что вернуть уже невозможно: их молодость и военную мощь уже несуществующей страны.

Держась почти 20 лет на энтузиазме работников и деньгах туристов, музей не делает исключения для журналистов.

Сюда пускают только по билетам. Наземная экскурсия стоит 120 гривен для человека, подземная – 250.

Час профессиональной съемки обходится в 2 300 гривен.

Журналисты Украинской правды Евгений Руденко, Эльдар Сарахман, Дмитрий Ларин увидели все своими глазами. Полный текст материала и уникальные снимки можно увидеть ЗДЕСЬ.

– Сейчас над нами минные поля. МОН-50 и МОН-100 (противопехотные мины – УП). Идемте, – ведет прохладным подземным тоннелем 56-летний Владимир Солоненко.

Сегодня он – заведующий экспозиционным отделом музея. В прошлом – офицер и подполковник, имевший доступ к гостайнам по так называемой «первой форме допуска».

Чтобы попасть в тоннель, нужно было пройти караул автоматчиков и знать пароли к многочисленным дверям

Солоненко возглавлял специальную службу 46-й ракетной дивизии, дислоцировавшейся в Первомайске. В зоне его ответственности было все, что связано с пуском и блокировкой ядерных боеголовок.

Во время экскурсии в рассказах Владимира Солоненко встречаются глаголы в настоящем времени. Как будто эта бывшая секретная база еще работает и готова нанести смертоносный удар врагу.

Похоже, воспоминания, как фантомные боли, не дают Владимиру до конца поверить, что ядерное величие – давно в прошлом.

Большинство советских коммуникаций и оставшихся механизмов на бывшей советской базе исправно работают.

В подземном коридоре длиной 150 метров спустя десятилетия стабильно 12 градусов тепла.

За тремя массивными, герметичными дверьми, у которых останавливается Владимир, сердце ракетных войск – командный пункт. 125-тонная монолитная капсула из стеклопластика, которую опустили в сверхпрочную шахту, уходящую почти на 50 метров вниз.

Если объяснить проще, командный пункт – словно подлодка, которую поместили вертикально под землей. Или 12-этажный небоскреб.

Из подземной шахты можно было выбраться на поверхность при помощи скрытых выходов, которые похожи на торпедные отсеки подводной лодки

При этом 12-уровневая капсула как бы «зависла» в шахте на 20 амортизаторах, смягчающих сейсмоудар при ядерном взрыве.

В Украине было 18 таких пунктов.

– Чтобы попасть под землю, нужно было связаться с офицерами внизу, – рассказывает Солоненко. – Начальник штаба выдавал на каждый день пароль – название города СССР с цифрой.

– Каждая такая дверь весит тонну. И работает по принципу шлюзования, – показывает экскурсовод, прежде чем впустить двух журналистов УП в 11-й отсек.

Крошечный лифт опускается со скоростью 0,33 метра в секунду. До предпоследнего, 11 уровня, расположенного на глубине 45 метров, он добирается примерно за полторы минуты.

Внутренняя связь бывшего 309-го полка до сих пор работает.

Оставшиеся здесь пластиковые панели с кнопками и датчиками выглядят бутафорски. Но некоторые агрегаты работают на потеху туристам, издавая аутентичные звуки.

На стене висит герб Украины, в углу – свернутое советское знамя 309-го полка.

– Вы присаживайтесь, – предлагает Владимир, прослуживший за таким пультом 17 лет. – Мы сейчас с вами баллистическую ракету будем запускать.

Алгоритм пуска ракет с ядерными боеголовками – мудреный процесс, который призван максимально исключить ошибки.

Умение быстро принимать решения, держать язык за зубами, реагировать на нестандартные ситуации, стрессоустойчивость и партийный билет – вот неполный перечень требований, которые предъявляли к служивым у пульта.

В особо напряженные моменты в отношениях между СССР и США, офицеры в командном пункте под землей могли находиться неделю

Офицеров боевых расчетов называли «стратегами».

Команду на начало апокалипсиса могли дать только три человека: Генсек, министр обороны и начальник генштаба.

– Чтобы запустить отсюда ракету, я должен был получить из Москвы три приказа, – показывает на пустое табло Солоненко. – «Боевой режим», «Пуск» плюс шестизначный шифр.

Если пришла циклограмма из трех команд – это уже ядерная война.

Военные активно использовали в ракетных войсках компьютеры советского производства

Система предусматривала блокировку несанкционированного запуска ракет, если бы какие-нибудь Иванов да Петренко решили самостоятельно показать «кузькину мать западным империалистам».

– Когда пришли приказы (из Москвы – УП), вон в том ящичке находились ключи пуска ракеты, – показывает Владимир. – В красном футляре ключ первого номера – вставлялся сюда. В синем – второго, его сюда.

И нажималась кнопочка. Она, кстати, не красная, как все думают, а серенькая.

Для запуска двое офицеров должны были работать четко и слаженно. Интервал между их действиями – не больше полторы секунды.

– Если больше, то ничего не получится, – говорит Солоненко.– Это называлось «стабильность расчетов».

Люди работали всегда в паре и даже в отпуск вместе уходили. Они понимали друг друга с полуслова.

– Так – вот кнопочка «на старт», – предлагает Владимир журналистам УП имитировать, наконец, армагеддон.

– Пальчик – сюда. Раз-два-три! Пуск!

В подземном командном пункте включается аутентичная сирена.

– Вот так, через 22 минуты ракета достигнет территории США, – улыбается подполковник на пенсии. – Полжизни здесь у меня прошло.

Бывший 309-й полк с позывным «Таймень», в котором сегодня принимают туристов, входил в 46-ю дивизию 43-й ракетной армии.

На территории в 10 га помещался подземный командный пункт и одна пусковая установка. Еще 10 шахт с ракетами были разбросаны в радиусе 30 километров.

В полку вахтовым методом служили 7 офицеров, 4 прапорщика и 30 солдат.

Если убрать всю старую технику с территории музея, то бывшая ядерная база совсем не была похожа на стратегический военный объект

О том, что здесь, под землей, спрятаны баллистические ракеты, способные ликвидировать такие крупные государства, как США, жители окрестных сел и городов не догадывались.

– На заборе было написано «Склады с продовольствием», – рассказывают в музее. – Народ знал, что тут военные, но чем именно они занимаются, хранили в строжайшем секрете.

Визуально дислокация полка выглядела как набор из нескольких одноэтажных построек.

Все, что было связано с транспортировкой ракет, происходило глубокой ночью.

Территория полка имела многоуровневую защиту. Здесь были пять минных полей, которые можно было подорвать дистанционно. Сетки под напряжением. Система «Радиан» – невидимый радиолуч, определявший непрошеных гостей. Система «Пион», состоящая из сейсмодатчиков и реагирующая на движения по земле.

Пробраться на секретную базу незамеченным было невозможно. И выбраться живым – тоже

В здание караула, расположенное у ракетной шахты, вход был только под землей. На башне – танковый пулемет с оптическим прицелом и прибором ночного видения.

При высшей степени опасности поднятый по тревоге мотострелковый полк из Одессы оперативно перекрывал подходы к базе в радиусе трех километров.

Всю территорию маскировали сеткой. Вокруг размещали ложные цели для авиации, спутников и ракет противника, теплоловушки. И система дымового пуска, которую можно было привести в действие из подземного командного пункта.

Подземная командная капсула могла работать в автономном режиме 45 суток без связи с внешним миром.

Владимир Солоненко показывает макет командного пункта в разрезе. 12 отсеков, напичканных оборудованием. В самом низу – жилой отсек с туалетом, умывальником, запасами еды, холодильником и даже микроволновкой советского производства.

Владимир Солоненко сожалеет: все самые передовые разработки ученых и инженеров во времена Советского Союза оседали в военных частях.

Простой народ, у которого годами не было туалетной бумаги, о новых технологиях мог только догадываться..

– Вся беда СССР – что-то изобретут, все засекретят, и оно работает только на военную промышленность. В Штатах не так, – вздыхает подполковник.

Сегодня в Музее ракетных войск стратегического назначения несколько тысяч экспонатов. Многие из них собирают по всем уголкам страны.

Особая гордость – ракеты, которые производили в Украине, наводя ужас на весь мир.

Размеры ракеты впечатляют. Но все равно сложно поверить, что она может уничтожить все в радиусе 300 тысяч квадратных километров

Венцом творения инженеров днепровского «Южмаша» и многочисленных украинских НИИ стала модернизированная Р-36М, которую на западе прозвали «Сатаной».

На территории музея туристов встречает образец 1988 года. С черным корпусом, сделанным по стелс-технологии. Ракета на несколько метров выше девятиэтажного дома.

– Самый большой в мире боевой ракетный комплекс «Воевода», – рассказывает Владимир Солоненко об Р-36М «Сатана». – Дальность полета 15 000 километров. Десять боевых ядерных зарядов и 40 ложных целей. У ПВО противника высвечивало 50 объектов, я называю это «угадай мелодию».

Один пуск «Сатаны» мог уничтожить все в радиусе 300 тысяч квадратных километров. Две ракеты было достаточно, чтобы стереть государство размером с Украину.

У «Сатаны» так называемый «минометный старт». Всего лишь 140 килограммами пороха выкидывают 211 тонн в небо на высоту 20 метров. Дальше включаются двигатели. Это помогало сохранить ракетные шахты на несколько пусков.

За три минуты ракета выходила в космос на высоту 300 километров. Она могла спокойно пройти сквозь облако ядерного взрыва.

– Компьютер отключает всю электронику. Она летит без управления, чтобы электромагнитные волны не вывели ее из строя. Потом электроника опять включается. Компьютер просчитывает, было ли отклонение от курса, и корректирует полет, – рассказывает Солоненко.

На территории Украины таких ракет не было. Они несли дежурство на территории РФ и Казахстана.

Даже танки и вертолеты выглядят маленькими на фоне «Сатаны»

Но у 43-й ракетной армии со штабом в Виннице был другой разрушительный арсенал. В его основе в 80-х и 90-х были РТ-23, которые на западе называли SS-24 «Скальпель» из-за невероятной точности попадания.

Дальность полета «Скальпеля» – 11 тысяч километров, отклонение от цели не превышало 50 метров.

– До Америки отсюда она долетала за 22-24 минуты. Несла 10 атомных бомб, которые накрывали площадь в 230 тысяч квадратных километров.

Первую модификацию ракеты выпустили на «Южмаше» в начале 70-х. В Музее хранят корпус последней модели конца 80-х

Вопреки реальности, Владимир все еще сохраняет остатки оптимизма, полагая, что Украина пока не утратила ресурс для восстановления ракетной и космической отрасли.

Полное уничтожение ракетной армии он считает ошибкой.

– Есть такая поговорка: «Кто сильный, тот заказывает музыку». Помню, как Кравчук первый раз полетел в США (в 1992-м – УП).Тогда было отношение одно. Как только сняли последнюю ракету, мы стали людьми второго сорта, – считает Солоненко.

По его мнению, Украина отдала свою третью в мире ядерную мощь «за копейки».

– Когда уничтожали ядерные шахты, я говорил, что нужно выбивать у международного сообщества деньги. Уничтожили нашу ракету – стройте дорогу. И они бы строили. И у нас были бы дороги, – уверен офицер.

Но мнения таких, как Владимир, в верхах не учли.

Солоненко, имевший доступ к гостайне, ушел в 2001-м со службы с пенсией в 5 500 гривен. И с запретом покидать страну в течение 15 лет.

Несколько лет назад, когда срок основных обязательств истек, Владимиру Солоненко, бывшему невыездным и при Союзе, разрешили, наконец, оформить загранпаспорт.

– И куда первым делом поехали? – спрашиваем под конец экскурсии.

– Никуда. Еще никуда не ездил, – отвечает, зардевшись, офицер, не повидавший в свои 56 мира, судьба которого была в том числе и в его руках.

Share