За что будет отвечать Виктор Медведчук в политическом проекте «За життя!»: за войну до полной капитуляции перед РФ

Публичное вхождение Виктора Медведчука в политический проект «За життя!» вызвало немало споров, пишет  Виталий Кулик, директор Центра исследований проблем гражданского общества, для «Хвилі».

Зачем «серый кардинал» вдруг захотел снова стать публичным политиком, что это значит для перспектив «Оппозиционного блока» и как будут делиться электоральные предпочтения самых «токсичных» групп избирателей?

Во-первых, необходимо сразу отметить, что Медведчук давно присутствует по политпроекте Рабиновича/Мураева (если не с самого начала). Просто сейчас Медведчук выбрал время и место для легализации.

Во-вторых, Медведчук – не рядовой политик, а проект «За життя!» и Рабинович – не просто «политики с несколько другими взглядами».

Для того чтобы понять это в полной мере – стоит проанализировать их заявления о войне и мире.

Сама постановка вопроса о мире в представлении деятелей от «За життя!» напрямую связана с «отношениями с СНГ», о чем красноречиво свидетельствует тот самый опрос в эфире телеканала «NewsOne», который и послужил формальным поводом для вхождения Медведчука в ряды данной политсилы.

На пост ответственного за (дословная формулировка телеканала «NewsOne») «мир и отношения с СНГ» были предложены кандидатуры Евгения Марчука, Леонида Кучмы и Виктора Медведчука. То есть фактически Рабинович и компания рассматривают возможность достижения мира только в связи с «возобновлением отношений с СНГ».

Разумеется, эту формулировку необходимо брать в кавычки, так как, говоря «СНГ», Рабинович-Медведчук, очевидно, подразумевают РФ и явно не помышляют о вариантах, при которых мир будет достигнут иначе, чем на российских условиях.

Естественно, что на роль переговорщика с Россией годится только человек, который точно знает, чего хочет Путин и имеющий с ним более чем близкие связи.

В активе достижений у Медведчука вопрос, который был и остается сверхчувствительным: большой обмен пленными конца 2017 года.

Прибавим к этому недавние заявления представителей оккупационных администраций РФ на востоке страны о том, что они «будут вести переговоры с одним-единственным человеком» и что «состав переговорной группы их не устраивает» — и все сразу становится на свои места.

Медведчук будет заявлен как центральная фигура переговоров об обмене, и будет продвигаться месседж, что всем нам стоит забыть о былых «заслугах» одиозного кума Путина ради того, чтобы заложники были возвращены на подконтрольные Украине территории.

И именно заявления подобного толка – самый серьезный аргумент, который есть у Медведчука и его старых-новых друзей, который может быть сформулирован примерно следующим образом: хотите говорить о том, что Медведчук не может представлять Украину ни в переговорных группах, ни в собственно украинских институциях?

Тогда никакого обмена снова не будет, посмотрите на заявления по итогам встреч в рамках Трехсторонней контактной группы.

Помимо изначальных симпатиков идей русского мира, самая уязвимая для влияния в этой ситуации группа – родственники пленных. Горькая правда заключается в том, что этим людям, прошедшим муки ожидания и неизвестности, абсолютно безразлично, кто именно будет обменивать их родных и близких – главное, чтобы это, наконец, произошло.

Но не стоит закрывать глаза на тот факт, что «главный переговорщик» и «единственный, с кем будут говорить представители ОРДЛО» не только демонстрирует пугающую неосведомленность о реалиях конфликта, но и плохо знаком с договоренностями, чье воплощение в жизнь он так активно продвигает.

Подтверждением этих слов может служить интервью Виктора Медведчука Жанне Немцовой для ресурса Deusche Welle: проблемы со знанием соглашений, которые Медведчук упорно называет «юридическим документом», что на деле весьма спорно, начинаются со второго же пункта.

«Переговорщику №1» совершенно неизвестно, что во втором пункте Комплекса мер по выполнению Минских соглашений в принципе упоминаются конкретные наименования вооружений, а не «только калибры», о чем было заявлено во время интервью, в частности, Медведчук «не знал» что в тексте упомянут комплекс «Торнадо-С», который состоит на вооружении в Российской Федерации с 2012 года.

И, когда Медведчуку указали на этот факт, он отделался некой общей фразой, что да, может цитата и точная. Может точная цитата из безальтернативных соглашений, основы для урегулирования?..

По Медведчуку, логика событий выглядит следующим образом: согласно его же заявлениям, Минским соглашениям нет альтернативы, это документ-базис для урегулирования, Медведчук использует свои личные отношения с Путиным опять-таки для урегулирования конфликта на Донбассе в рамках Минских соглашений, но для этого их текст знать совершенно необязательно.

Уже эта логика, а точнее – ее полное отсутствие, должна ставить под сомнение компетенцию Виктора Медведчука, но и на этом он не останавливается, а идет еще дальше все в том же интервью: говоря о том, что политика лишь производная от экономики, Медведчук заявляет, что не знает и не желает знать откуда у сепаратистов деньги на столь длительную войну.

А не желает он этого знать потому, что тогда не сможет заниматься обменным процессом.

Прекрасная аргументация – особенно как для политика, то и дело повторяющего о своей любви к разного рода юридическим документам.

Впрочем, последовательность – не то качество, которым отличается Виктор Медведчук в целом.

Так, в своей статье о встрече Трампа и Путина от 17.07.2018, размещенной на сайте «Украинского выбора», политик дословно утверждает, что «не стоит ждать, что кто-то, кроме нас самих, начнет решать проблемы Украины, касающиеся мирного урегулирования, геополитики, экономики. Пора прекратить взывать к другим странам, требуя, чтобы они повлияли, подтолкнули, заставили кого-то начать действовать исключительно в интересах Украины», но при этом – перманентно говорит о благотворном влиянии РФ на вопросы решения конфликта и настаивает на необходимости «прямых переговоров об урегулировании с Россией, Луганском и Донецком».

Последняя формулировка сама по себе опять же входит в противоречие с действительностью: если это должны быть прямые переговоры относительно конфликта, то причем здесь «Луганск и Донецк», не обладающие субъектностью?

Если по логике Медведчука стоит «прекратить взывать к другим странам» — то откуда тогда берется «положительная роль России в вопросах обмена»?

Такие логические лакуны – неизбежное следствие попыток врать об этой войне любой ценой. Правда о ней заключается в том, что до тех пор, пока вещи не будут названы своими именами: агрессор – агрессором, марионетки – марионетками, а жертва агрессии – жертвой агрессии, Медведчук и его новоявленная команда будут выстраивать некие алогичные конструкции и пытаться убедить в них если не весь мир, то ту часть украинских избирателей, которые хотят мира любой ценой.

Но и здесь неизбежно возникнут большие трудности: специалист по обмену, врущий о войне и о переговорах, в которых задействован, может и освободить пленных. Но – ценой продолжения войны и появления новых узников, делая тем самым процесс своей востребованности бесконечным – как и войну.

Медведчук — не за жизнь. Он – за войну без конца, единственной альтернативой которой он предлагает лишь полную капитуляцию Украины перед РФ.

Share

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.